Памяти друга – Федора Михайловича Хорькова
Оборона Ленинграда является
составной частью Великой Отечественной войны. 14 января 1944 года в результате
наступательных операций Красной Армии блокада была снята. А этому
предшествовало трагических 900 дней и ночей.
В нашем городе живут
ветераны, свидетели тех событий. Один из них известный в нашем городе юрист –
Федор Михайлович Хорьков.
С первых дней войны он
принимал участие в боевых действиях. Был тяжело ранен. После излечения его
хотели комиссовать. Но Родина была в опасности. Кованые сапоги фашистских
агрессоров топтали священную русскую землю. Разве можно было отсиживаться в
тылу. Он рвался в бой с ненавистным врагом. Федор Хорьков вновь оказался в
действующей армии. Служил он в 196 стрелковой дивизии.
Для обороны Ленинграда были
сформированы дополнительные воинские подразделения. В декабре 1942 года их
доставили по железной дороге из-под Москвы (Кубинка) в район освобожденного
Тихвина. Затем – к Ладоге.
Далее путь в Ленинград
пролегал через «дорогу жизни». Со стороны Волхова немцы обстреливали ее, подвергали
бомбардировке с воздуха. Нередко на глазах Федора Михайловича автомашины с
бесценным грузом уходили под лед. Нередко тонули солдаты и эвакуируемые. Погибали
от взрывов. Местами лед был красным от крови.
«Дорога» связывающая
осажденный город с «Большой землей» была
шириной всего метров в
пятьсот. Ориентиром движения по ней служили небольшие фонарики, горевшие
тусклым синеватым огоньком. С боков и сверху их маскировали от вражеской
авиации.
В тот морозный декабрьский
вечер бойцы передвигались небольшими группами. Валенки намокли, разбухли и
затрудняли движение. Хорьков окунул валенки в воду. Они обледенели и уже «не
раскисали». Опытом он поделился с другими. Зашагали быстрее.
Неожиданно прозвучал
нарастающий свист летящего снаряда. Худощавый, «необстрелянный» боец, идущий
рядом с Федором, лег на затопленный водами Ладоги лед, закрыв голову руками.
Хорьков уже имел опыт. Он
безошибочно определил, что пролетит снаряд, не причинив вреда. Подняв солдата,
сказал:
– Чего зря плюхаешься.
Шлепать нам еще тридцать верст с гаком. Сосулькой станешь. Не бойся. Я скажу,
когда нужно залечь, когда пригнуться…
Стуча зубами не то от холода,
не от страха солдат с благодарностью принял от Федора фляжку со спиртом. Сделав
несколько глотков, закусил снежком и зашагал смелее, не озираясь по сторонам без
причины.
Просвистел другой снаряд.
Далеко впереди поднялся огромный фонтан воды, льда и щепок. «Полуторка» с
продуктами ушла под лед. Окровавленного, но еще живого, водителя вытащили из
воды. Возле образовавшейся полыньи установили предостерегающий световой знак.
Вскоре путь к месту
назначения Хорьков и группа солдат продолжили в кузове грузовика, на ящиках со
снарядами, пообещав водителю за подвоз по сухарю…
Такой вот был путь по
«дороге жизни». Пролегал он через лишения кровь и смерть…
